Горный Бадахшан: кто остановит вечную войну на «Крыше мира»?

0
155

Горный Бадахшан: кто остановит вечную войну на «Крыше мира»?

В мае-июне Горно-Бадахшанская автономная область Таджикистана (ГБАО) практически не сходила с первых страниц новостных сайтов. Беспорядки, которые там вспыхнули в те дни, заставили напрячься все спецслужбы — от Душанбе до Москвы. 

Сейчас там — относительное затишье, которое наблюдатели называют «нехорошим». Конфликт может в любой момент разгореться снова. Ну а пока там не конфликтуют, самое время ответить на вопрос: что значит Горный Бадахшан для Центральной Азии и России? 

Наследие двух империй

Напомним, что мы писали о Горном Бадахшане в статье о терроризме в Таджикистане. На начало 2020 года, в ГБАО проживало свыше 226 тысяч человек. По площади Горный Бадахшан занимает 64,1 тысячи квадратных километров — 45% территории Таджикистана, но для жизни пригодны только 3% территории. Подавляющее большинство жителей — исмаилиты-низариты (шиитский толк ислама), которые подчиняются своему духовному лидеру: 49-му имаму, принцу Кариму Ага Хану IV. 

Памир не зря называют «шарниром Евразии» и «Крышей мира». Если посмотреть на физическую карту этих мест, то видно, что эта горная система – «материнская» для Тянь-Шаня, Каракорума, Гиндукуша и Гималаев. Все эти системы расходятся от Памира радиальным топографическим узлом.  

Но помимо географического, Памир имеет и геополитическое значение. Расположенная на территории пяти государств — Таджикистана, Китая, Афганистана, Индии и Пакистана, эта горная система всегда была ареной противоборства за влияние в Азии. Именно «Памирский период» историки называют кульминацией Большой Игры — соперничества Российской и Британской империй за контроль над Центральной Азией. 

Строго говоря, репрессии властей Таджикистана против Горного Бадахшана — не самая страшная страница истории Памира, 2/3 которого как раз и занимает ГБАО. Случались вещи и пострашнее. Например, китайская и афганская оккупации Памира. Поскольку Афганский эмират, например, исповедовал суннитский ислам ханафитского мазхаба, то памирцев-исмаилитов (шиитский толк ислама) за мусульман афганцы не считали. И зверствовали в их отношении, как хотели.

Известный востоковед, подполковник Бронислав Громбчевский писал: 

«… казни проводились ежедневно, выжигались кишлаки; девушки и красивые женщины были частью отправлены к афганскому эмиру, частью же отданы афганским воинам в жены и наложницы, в Шугнане набрали 600 мальчиков возрасте семи-семнадцати лет в качестве заложников». 

Есть и свидетельства о том, как мужчинам выкалывали глаза, а женщин бросали в костер. Против афганских захватчиков Западный Памир восставал трижды — в 1885, 1887 и 1888 годах, и всякий раз восстания жестоко подавлялись афганцами. 

На Восточном Памире — в Мургабе — под властью китайцев происходило примерно то же самое плюс афганские набеги. Памирцы неоднократно обращались к императору России Александру III с просьбами принять их в российское подданство. Первое письмо отправили в январе 1884 года пиры (духовные лидеры общин) исмаилитов Саид Фаррухшо и Саид Юсуфалишо — с аксакалами (старейшинами) Шугнана –Мухаммаднасиром и Мухаммадназарбеком. Но ждать русских после того письма памирцам пришлось еще 7 лет. 

В 1891 году Туркестанский генерал-губернатор барон Александр Вревский приказал командиру 2-го Туркестанского линейного батальона полковнику Михаилу Ионову отправиться на Памир и навести там порядок. Именно в боях с афганцами на Памире русская армия впервые применила трёхлинейную винтовку Мосина. В итоге с Памира афганцы и китайцы ушли. 

В 1895 году в Лондоне Россия и Британия обменялись нотами по вопросу разраничения подвластных им территорий в Средней Азии. В истории дипломатии этот обмен нотами известен, как «Третье русско-английское соглашение по Средней Азии». По нему часть Памира отошла к Афганистану, часть — к России, а часть — к Бухарскому эмирату. Так появилась южная граница России, а потом — СССР.

В 1912 году по приглашению императора России Николая II духовный лидер исмаилитов — 48-й имам Ага Хан III. посетил Санкт-Петербург. А через год в столицу империи приехала первая делегация Памира — на празднования по случаю 300-летия дома Романовых…

В советское время — в июле 1923 года — Горный Бадахшан был включен в Туркестанскую АССР. Позже – 2 января 1925 года указом ЦИК СССР появилась Автономная область Горного Бадахшана (АОГБ) в составе Таджикской АССР, а ГБАО регион стал в 1936 году — в составе Таджикской ССР.

Область при СССР развивалась в строгом соответствии с ее особенностями. Там открыли промышленные запасы золота, серебра, самоцветов, горного хрусталя и асбеста. Также в области возвели несколько небольших ГЭС, самые известные из которых Хорогская, Ванчская, Шуджандская, Калаи-Хумбская и Оксуйская. В административном центре области — Хороге работали три завода. 

Потом СССР распался, а следом в Таджикистане началась гражданская война…

Заложники географии

Напомним: во время межтаджикского противостояния 1990-х годов памирцы поддерживали Объединенную таджикскую оппозицию против альянса кулябцев, ленинабадцев и гиссарцев, назвавших себя Народным фронтом Таджикистана. Тогда памирцы хотели стать независимым государством. Даже возникла Автономная Республика Бадахшан, которая просуществовала с 1992 по 1994 годы. Парламент АРБ даже добивался вхождения в состав Российской Федерации. Но все закончилось ничем. Автономия Горного Бадахшана в составе России так и осталась мечтой. 

В то же время надо признать, что памирцы, в отличие от своих союзников из ОТО, не стремились захватить Душанбе. Они больше были озабочены своими чисто памирскими проблемами. Как известно, гражданская война закончилась в 1997 году. Президентом стал ставленник НФТ Эмомали Рахмонов, а вопросы автономии ГБАО оказались задвинуты далеко…

Вообще памирцы от таджиков очень сильно отличаются. Даже языки разные: таджикский язык, который в автономии является государственным,  относится к  западноиранской группе языков, а памирские языки — к восточноиранской. В Горном Бадахшане раньше говорили на 12 языках, но в конце XIX века ванчский язык исчез, и теперь там говорят на 11 языках. Также памирцы демонстрируют поразительную веротерпимость. Их девиз, долгие годы бывший опознавательным знаком всех исмаилитов-низаритов, гласит: «Люби свою веру, но не осуждай другие». 

До тех пор, пока (с 1993 по 2005 годы) на Памире стояли российские пограничники, местное население худо-бедно могло сводить концы с концами. А когда вывод Погранвойск РФ все же случился, то СМИ в те дни писали:

«Сообщение о запланированном выводе российских войск с памирского участка таджико-афганской границы до конца года крайне расстроило и обеспокоило местных жителей, вылившись в последние несколько недель в череду акций протеста. Помимо того что присутствие российских пограничников в течение многих лет обеспечивало населению этой части юго-востока Таджикистана гарантированное трудоустройство и источник дохода, местные жители и многие эксперты опасаются, что с переходом границы под охрану таджикских пограничников из беспокойного соседнего Афганистана потоком хлынут наркотики и различные криминальные элементы».

Таким образом, памирцы стали первыми в истории человечества, кто протестовал не против ввода иностранных войск, а против их… вывода. 

Отношение к России в ГБАО с годами не изменилось. Памирцы по-прежнему считают, что только Россия сможет их защитить. Очевидно также, что в противостоянии между памирцами и президентом Эмомали Рахмоном нужен посредник. Китай, хоть и имеет в Таджикистане и ГБАО экономические интересы, на роль такого посредника не годится — вспомним китайскую оккупацию Восточного Памира в XIX веке: в ГБАО китайцев исторически ненавидят. 

Американцы и британцы тоже не торопятся посредничать между Душанбе и ГБАО. В дни майско-июньских столкновений в автономии, подконтрольные Вашингтону и Лондону ресурсы сделали все, чтобы выставить протест памирцев, как очередную «цветную революцию». К сожалению, им в этом помогли и некоторые официальные лица, а также СМИ в самой России.

Как бы ни хотелось кому-то поиграть мускулами в тех местах, «Памирская проблема» не имеет силового решения. Многие лидеры памирцев сидят сейчас в тюрьмах, в том числе — по надуманным обвинениям. Все это вовсе не способствует решению «памирской проблемы». «Памирскую проблему» России, единственному гаранту безопасности в Центральной Азии, решать все же придется, пока дипломатические усилия не исчерпаны. Чтобы потом российские солдаты не заливали огонь на Памире своей кровью.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь